На главную

17.09.99
            СТРЕЛЬБА И ПЕРЕГРУЗКИ В ВОЗДУШНОМ БОЮ.
                 Автор: Олег Тесленко <C>
    При обсуждении вопроса о необходимости установки на самоле-
ты-бомбардировщики времен второй мировой войны тяжелого оборони-
тельного вооружения - 20-мм авиапушки, были представлены контрар-
гументы этому предложению: якобы у стрелка не хватит сил вручную
наводить такое оружие. Однако автор (О.Т) опроверг это тем, что
на некоторых самолетах все же устанавливались такие стрелковые
точки, управляемые чисто вручную без всякой гидравлики, например
на самолетах: французком скоростном LeO451, и более легких Amiot
354 и Bre693, а так же японском G3M4 ("Бетти"), советских Ил-10 и
Ту-2. Тезис о том, что пушки нельзя наводить вручную легко опро-
вергается, достаточно посмотреть чуть-чуть пошире: не только на
авиацию, но и на другие рода войск, где используются орудия не-
большого калибра. Например, для противозенитной обороны кораблей
применялись 20-25 мм автоматические пушки, управляемые силой рук
персонала. Кроме того, можно вспомнить и времена далекой седой
древности: небольшие скорострельные пушки-мильтральезы, наводка
которых осуществлялась плечом прижимавшегося к их затвору матро-
са. Или многочисленные 47-миллиметровые противоминоносные орудия
броненосцев типа "Бородино" - по 20 таких пушек на каждом кораб-
ле, которые тоже наводились только с помощью плечевого упора -
без всяких шестеренчатых механизмов.
    Однако, авиаспециалист заметил, что аргумент Тесленко, с
привлечением корабельной специфики, совершенно неправилен, пото-
му, что в авиации перегрузки в воздушных боях нередко бывают 4-5
g и более, а корабельные наводчики не испытывают такого. И для
непрофессиональных читателей после такого высказывания сразу ста-
новится понятным, что наведение авиационных пушек вручную - со-
вершенно непосильная задача.
                       ************
   Попробуем проверить это утверждение. Во первых, бросается в
глаза, что авиаспециалист в просто не желает замечать авиацион-
ные примеры установки пушек на самолетах. Все его внимание поче-
му-то обрушилось только на корабельные орудия. А поступить надо
совсем наоборот: сравнить - если на других бомбардировщиках уста-
навливались 20-мм управляемые вручную пушки, значит, несмотря ни
на какие перегрузки, наведение авиапушек в бою - весьма по-
сильная для стрелков задача. Поэтому смещение оппонентом центра
внимания на корабельные пушки, следует считать чисто психологи-
ческим приемом для отвода глаз легковерной публики.
   Впрочем, несмотря на несостоятельность такого аргумента для
отказа от оборонительного пушечного вооружения самолетов, необхо-
димо все-же повнимательнее рассмотреть вопрос: каким образом
справляются стрелки самолетов с перегрузками при наведении ими
своего оружия? Вот стрелок в воздушном бою вручную наводит свой
авиационный пулемет (или пушку - кому как нравится). Как перег-
рузки воздействуют на точность стрельбы?
                        **********
   Сразу надо рассматривать отдельно человека и его скорос-
трельное оружие в этом примере. Дело в том, что практически все
стрелковое вооружение установленное на турелях, вращаемых в лю-
бом направлении - крепится единственным способом за цапфы его
ствола. А главные принцип расположения цапф - они всегда находят-
ся в центре тяжести качающейся части пушки (то-есть, ее ствола).
А это означает, что сила тяжести действует абсолютно одинаково:
что на переднюю часть ствола - которая впереди цапф, так и на
заднюю, затворную часть оружия. Поэтому никакого влияния силы ве-
са на поворот оружия относительно цапф совершенно не оказывают. А
поскольку перегрузки являются всего лишь одной из форм сил инер-
ции, действующей точно так же как и силы веса, то следует прос-
той вывод: перегрузки никак не влияют на вращение стрелкового
оружия.
   (Примечание: Однако, надо сделать маленькое дополнение: все,
что автором говорилось чуть выше - касается только турельных ус-
тановок. По отношению к башенным например как у бомбардировщика
Ил-4 или Б-17, в принципе может происходить затруднения вращения
при перегрузках. Но хочу напомнить, что башенные установки авто-
ра в данном случае совершенно не интересуют, речь идет только о
турельных.)
                      ***********
    Но вот вторая часть этой стреляющей системы - человек, к пе-
регрузкам относится весьма отрицательно. Дело в том, что если пи-
лот истребителя имеет жестко закрепленное оружие, и наводит его
всем корпусом самолета, то напротив: стрелок наводит свой пуле-
мет поворачивая свое тело или руки, для чего внутри его кабины
имеется свободное пространство. То есть, руки и туловище стрелка
совершенно не имеют опоры при боковых перегрузках. Но впрочем и
при вертикальных тоже: при положительной перегрузке тело стрелка,
многократно возросшая сила тяжести, стремится вдавить в кресло, а
при отрицательных он как бы "вспухает" из него. Тем более, что
часто и кресла-то никакого у стрелка в помине не было. Например
стрелок штурмовика Ил-2 сидел не на жестком сиденье, а вообще на
какой-то брезентовой лямке, которую при перегрузках наверняка
болтало из стороны в сторону... Но поскольку, в процессе наведе-
ния своего оружия на вражеский самолет, стрелок крепко держит ру-
ками рукоятки пулемета (или 20-мм пушки), и если его болтает при
этом, то неизбежно, что и он будет безбожно раскачивать свой пу-
лемет, и стрелять совсем не в цель, а куда попало... Пояснить это
можно на следующем примере: Вот обычная боевая ситуация - сзади
бомбардировщика приближается атакующий его истребитель. При этом
- бомбардировщик пытается уклониться от его огня предположим пра-
вым разворотом. В этом случае, хвост бомбардировщика пойдет на
левую сторону, но силы инерции будут толкать кормового стрелка
наоборот - на правый борт. При этом стрелок, крепко держа рукоя-
ти пулемета невольно будет отклонять казенную часть своего ору-
жия тоже направо, и следовательно вредное отклонение ствола ору-
жия от нужной линии прицела по врагу - удвоится. Отсюда ясно, что
перегрузка - безразлично в какую сторону она направлена, чрезвы-
чайно мешает вести мало-мальски прицельную стрельбу. Но как же
тогда стрелок умудряется точно наводить свой пулемет, и сбивать
вражеские истребители, при воздействии перегрузок??
                   **********
    А никак. То есть, никакой точности тут воообще нет. Потому,
что нет никаких перегрузок при авиационной стрельбе. И хотя все
любители авиации подпрыгнут от возмущения при подобных словах -
ведь они точно знают, что перегрузки в воздушном бою бывают таки-
ми, что у летчика темнеет в глазах, однако...
   Дело в том, что рассматривая ситуацию применительно к стрелку
самолета-бомбардировщика или штурмовика, то надо отметить, что
это гораздо более "спокойные" типы машин, чем истребители. То
есть, такие энергичные маневры как: бочка, мертвая петля, им-
мельман или боевой разворот с набором высоты - бомберам вовсе
не свойственны. Напротив, при появлении вражеских истребителей
бомбардировщики как правило уплотняют свой строй, и идут спокой-
но и непоколебимо, точным пулеметным огнем стараясь не подпус-
тить к себе воздушного врага. При этом никаких резких маневров
бомбардировщики, разумеется, стараются не делать - иначе могут
просто столкнуться друг с другом. А если нет резких маневров са-
молета, значит нет и перегрузок, мешающих целится стрелку. Поэто-
му стрелка в его кабине во время стрельбы вовсе не трясет и не
болтает, как это представляется некоторым любителям авиации.
                         **********
   Впрочем, знатоки могут вспомнить некоторые эпизоды, когда оди-
ночный бомбардировщик подвергался атакам нескольких истребителей,
и энергично маневрировал при этом, уклоняясь от их огня. Как же в
этих условиях действавали его стрелки? Очень просто: они либо вы-
жидали когда кончится очередной маневр, чтобы стрелять прицельно,
без воздействия перегрузок, либо если была острая нужда стрелять
- открывали огонь не имея надежды попасть, просто так - наудачу.
То есть, когда перегрузка прижимала их к борту, они хотя и стре-
ляли, но палили при этом в белый свет, как в копеечку... Лишь бы
показать вражеским истребителям, что они еще действуют. Разумеет-
ся, меткость стрельбы при перегрузках была нулевой.
                        *********
   Возможно, некоторые читатели решат после этого, что вести ма-
невренный бой и стрелять при этом - это удел только истребителей,
но не бомбардировщиков. Но это мнение будет ошибкой. Потому, что
на самом деле истребители тоже не любят маневрировать во время
стрельбы! Дело в том, что выход в атаку, когда желательно зайти
например в хвост вражескому самолету (и для этого совершать кру-
тые повороты), и завершающий процесс боя: собственно стрельба -
это противоположные вещи. Если до начала стрельбы или при уходе
от трасс противника истребителю требуется проявлять как можно
большую живость маневрирования, то в момент прицеливания, наобо-
рот: нацеливать свой самолет на врага надо как можно тише и лег-
че. Следовательно, даже истребители в момент их стрельбы не испы-
тывают никаких перегрузок. И до, и после открытия огня маневров у
истребителя, и связанных с ними перегрузок у них может быть
сколько угодно, но только не когда он уже нажал на гашетки. А
иначе промах будет гарантирован. В подтверждение этого можно при-
вести боевой случай с асом N2 германского флота - Гердом Баркхор-
ном - сбившим 301 вражеский самолет, дается в его пересказе:
"Однажды в 1943 году, мне пришлось на Ме-109Г сражаться с одним
советским летчиком на ЛаГГ-3... Наш бой продолжался 40 минут, и я
не смог его одолеть. Мы вытворяли на своих машинах все, что
только знали и могли. И все же вынуждены были разойтись..." То
есть, маневрировать-то они маневрировали, но поскольку летчики
это были видимо равного качества, то они не давали друг другу ни
секунды времени спокойно подержать себя в прицеле врага, и поэто-
му стреляли совершенно неприцельно, хотя и были оба воздушными
снайперами. Стрелять надо без перегрузок... Поэтому в воздушных
боях сбивали в основном либо неопытных пилотов - не умеющих ма-
неврировать, либо летчиков случайно незаметивших опасность. А при
энергичном маневрировании, истребитель хотя и стреляет, но лишь
наудачу. Попасть он при этом может только случайно, и то с чрез-
вычайно малой вероятностью...
                        **********
    Но все это большое доказательство автор привел только для то-
го, чтобы опровергнуть тезис авиаспециалистов, что в авиации при
стрельбе бывают якобы "перегрузки". Из этого следует, что стрел-
ки бомбардировщиков во время своей стрельбы не испытывают перег-
рузок, и поэтому имеют возможность сравнительно легко наводить
свое оружие. Однако, в чем же тогда разница с условиями работы
прислуги корабельной мелкокалиберной артиллерии в отношении пе-
регрузок?
    Надо сказать, что если корабль не стоит на якоре в спокойной
бухте, а находится в открытом море да еще на ходу, энергично ма-
неврируя под атаками вражеских пикировщиков, то и на корабле бы-
вают иногда значительные ускорения - и от качки, и от резких по-
воротов матросов тоже прилично толкают силы инерции. Причем нет
никакого противоречия в том, что самолет почти не маневрирует при
стрельбе с него, а корабль - наоборот. Это потому, что капитан
любого судна не слишком заботится о точности стрельбы своих зе-
нитчиков, часто предпочитая резко уклоняться от падающих бомб
всем корпусом судна, чем радоваться одному сбитому самолету.
Однако, когда стреляет главный калибр, те же самые капитаны круп-
ных боевых кораблей поступают прямо противоположным образом - ве-
дут свой корабль по строго ниточке, чтобы не дай бог не уменьшить
точность своей стрельбы. Но вопрос сейчас о зенитных установках
корабля. Выходит, что условия работы их прислуги в отношении воз-
действия перегрузок не намного лучше, чем у стрелков бомбардиров-
щиков. То есть, когда авиаспециалист сообщает, что стрелки само-
летов ведут огонь при перегрузках 4-5 g - это явное вранье.
Реальные перегрузки при стрельбе в воздушном бою во много раз
меньше (если они вообще есть). Поэтому нет радикального отличия
от корабельных условий, и если судовые 47-мм орудия матрос мог
наводить с помощью плечевого упора, то почему же у стрелка бом-
бардировщика не хватит сил навести в четыре раза более легкую
20-мм скорострельную турельную пушку?