Публикуемый текст был предоставлен одним из профессоров Нижегородской (Горьковской) консерватории. Сейчас этот человек живет в Германии, потому не могу назвать его имя - не спросил вовремя разрешения на это. К нему, в свою очередь, текст (или его отрывки - я не уточнил) попал в еще в семидесятые годы, на одну ночь. Это были фотокопии тех самых листов с подписью - "Читал. Д.Шостакович". Эту ночь вся семья переписывала "Свидетельство" от руки и начитывала на пленку. Что успели - то осталось. Следовательно, это не обратный перевод, а оригинал. Я расшифровывал материалы с этих лент и рукописных тетрадей, от и до - все что было.
Относительно подлинности "Свидетельства" ничего утверждать не берусь.
Возможно, Вам стоит познакомиться с эпистолярным диалогом С.Волкова и вдовы композитора
Ирины Антоновны Шостакович и статьей Михаила Лидского в альманахе "Лебедь". Кроме того, загляните на музыкальный
форум
Бориса Лифановского, где эта тема подробно обсуждалась
.
У меня возникает другой вопрос. Безусловно, писание мемуаров и создание музыки - процессы совершенно различные. Но насколько человек, стоящий за строчками "Свидетельств", адекватен Человеку, стоящему за строчками партитур?
И последнее. Никаких прав на эту публикацию я не имею. Текст, представленный здесь, существует также в библиотеке Нижегородской консерватории. Если у Вас возникли
какие-либо вопросы, пишите мне.
Илья Блинов