От редакции. 12 января 1999 года в газете "Нижегородская правда" была опубликована статья заместителя председателя Нижегородского отделения Движения в поддержку армии "Капитуляцию заказывали?" Виктора Михайлова с подзаголовком "Правозащитники против оборонного сознания".

Речь в ней шла о впечатлениях автора, побывавшем на научно-практической конференции "Права человека в Нижегородской области: достижения и проблемы". Он категорически не согласен ни с выступлением Н. Жуковой, члена Нижегородского областного комитета солдатских матерей, ни с деятельностью самого комитета, ни с критикой положения, сложившегося в российской армии.

Статья В.Михайлова, по мнению Нижегородского общества прав человека и Комитета солдатских матерей, носит, мягко говоря, необъективный и крайне политизированный характер.

Не собираясь вступать в дискуссию с автором публикации в "Нижегородской правде", предлагаем нашим читателям самим судить о деятельности Комитета солдатских матерей, публикуя выступление Н. Жуковой на упомянутой конференции, которая проходила под эгидой НОПЧ 9 декабря 1998 года.

Масштаб нарушений прав человека в России за последние годы привел к развитию общественных правозащитных организаций, действующих в различных аспектах правозащитной деятельности.

Однако, очень немного правозащитных организаций, которые в своей работе используют комплексный подход в защите прав человека. Такие организации, стремясь сохранить независимость, не надеются на помощь государства, а оказывать спонсорскую помощь у богатых людей России не принято (им самим на 600-й по счету мерседес не хватает). Поэтому для большинства таких организаций единственной возможностью работать становится получение западных грантов (их спонсоры заинтересованы в построении у нас гражданского общества).

Нижегородский областной Комитет солдатских матерей является именно такой организацией. Движение солдатских матерей зародилось в России в конце 80-х годов и, при углубляющемся кризисе вооруженных сил, в последние годы вылилось в объединения, выступающие в защиту интересов широких общественных слоев (родители и родственники призывников, сами призывники, военнослужащие по призыву, демобилизованные, родители погибших солдат и т.д.). Наш Комитет был создан в 91-ом году и накопил большой правозащитный опыт, игнорировать который становится все труднее государственным ведомствам.

Комитет занимается массовой работой по разрешению индивидуальных жалоб на нарушения прав человека в армии и выдвижением общих требований к законодательной и исполнительной структурам власти, касающихся вопросов реформы в армии. Так в декларированном Президентом РФ намерении начать реформу вооруженных сил есть и наша заслуга, состоящая в постоянном озвучивании общественной потребности профессионализации армии.

"Солдатская" тематика, ставшая "модной" после начала войны в Чечне, породила паразитирование на ней множества организаций, которые вообще нельзя назвать правозащитными.

Это организации, так сказать, "ведомственного" характера. Создание этих организаций является защитной реакцией силовых структур на роль и деятельность Комитетов.

Изначально спонтанная правозащитная работа нашего Комитета переросла в осознанную деятельность по укреплению приоритета права человека в такой закрытой структуре, как армия.

Наша деятельность открыта: периодически на пресс-конференциях в стенах Комитета для СМИ представляются отчеты, не закрыт доступ к имеющимся у нас материалам.

Основная категория обращающихся к нам за помощью и консультациями - это военнослужащие срочной службы. Практика показывает, что они, наряду с заключенными, являются самой незащищенной частью населения. Вырванные из среды свободных отношений, юноши, оказавшись в казарме, попадают в почти средневековую систему подавления и насилия.

Естественным протестом против этой системы стало самовольное оставление части. В Советской Армии оставление воинской части являлось тяжким преступлением (считалось, что не могло быть никаких причин такого поступка, кроме нежелания служить). В настоящее время причин, заставляющих бежать из армии, много - это и садистская жестокость казармы, и безразличие к человеку (состоянию его здоровья, физическим возможностям, особенностям психики), и постоянные моральные и физические унижения, и необустроенный унизительный быт военнослужащих.

В 1998 году в Комитет обратилось 117 военнослужащих, которые из-за жестокого обращения, а говоря языком Уголовного Кодекса и Международного права - "пыток", самовольно оставили воинские части. Солдаты, прошедшие до призыва школу жизни в тюрьмах и лагерях, говорят, что там отношения были намного гуманнее. Есть в комитете и заявления о насилии гомосексуального характера. В результате жестокости, царящей в армии, молодые солдаты теряют здоровье, а иногда и жизнь.

Статья 39 УК и примечания к статьям 337 и 338 УК, в какой-то степени, дают возможность военнослужащим, вынужденным самовольно оставить воинскую часть, оправдать свой поступок крайней необходимостью или стечением тяжелых обстоятельств. Но доказать это бывает крайне трудно, даже если сразу из казармы молодой человек обратился в травмопункт, где зафиксировали все его ссадины, гематомы и переломы. Расследование самовольного оставления части командир поручает дознавателю - офицеру этой же части. В результате в военную прокуратуру через некоторое время представляются сведения, что молодой солдат покинул в/часть без оснований, просто из нежелания служить - известный прием командования снять с себя ответственность за преступное неведение, а иногда и содействие тому, что творится у него в казармах.

Известно, что офицерам не платят зарплату, им негде жить, поэтому они и не заинтересованы в наведении порядка в своих подразделениях. Да, государство плохо заботится о тех, кто призван это государство защищать, но офицер - это военный профессионал, он выбрал эту профессию сознательно, у него есть возможность выбора - остаться и своими усилиями стараться сделать армию лучше, или уйти со службы, расторгнув контракт, а причин для этого и искать не надо. Солдат такого выбора лишен.

Если солдат в своей объяснительной в военную прокуратуру пишет, что его избивали на глазах у свидетелей, то свидетели - сослуживцы при дознании никогда не подтверждают этого, даже если сами подвергались таким же избиениям. Это и понятно - ведь им еще служить в этой в/части, и нет закона, который оградил бы их от давления и преследования со стороны других военнослужащих, обеспечив независимость их показаний. Поэтому уголовные дела в отношении лиц виновных в пытках, вымогательстве, издевательстве, доведении до самоубийства возбуждаются редко, а если и возбуждаются, то виновники несут почти символическое наказание.

Главная военная прокуратура, заваленная делами о самовольном оставлении воинских частей, совместно с Генеральным штабом и комитетами солдатских матерей в марте этого года начала акцию "явка с повинной", о чем были извещены все КСМ России и военные прокуратуры окружного и гарнизонного звена. Эта акция предусматривала освобождение от мер пресечения в виде заключения под стражу и мер дисциплинарного наказания для военнослужащих самовольно оставивших воинские части, независимо от срока, и добровольно явившихся в ближайшую военную прокуратуру. С этого же времени к нам стали обращаться родители и солдаты, которые хотели воспользоваться этой возможностью решить свои проблемы с армией, с жалобой на неправомерные действия работников военной прокуратуры нижегородского гарнизона, которые в нарушение установок ГВП отправляли ребят, обратившихся к ним в рамках этой акции, в СИЗО или в комендатуру.

Неоднократные наши протесты, высказанные в письменной форме военному прокурору на подобные действия его работников не были приняты во внимание. А наша просьба о сотрудничестве по этому вопросу (мы даже предлагали по примеру КСМ России, чтобы сотрудник прокуратуры вел прием таких ребят в нашем комитете) не была услышана. Пришлось обратиться в Главную военную прокуратуру, чтобы она напомнила о необходимости выполнения ее решений гарнизонными прокурорами. В дальнейшем к нам не поступало жалоб на неправомерные действия работников гарнизонной прокуратуры к обращающихся в рамках этой акции или в рамках акта амнистии, разве, что на грубость.

Деятельность Комитетов солдатских матерей о всей России, других правозащитных организаций и СМИ заставила обратить внимание общества, властей и ГВП на беспредел в армии. Этим объясняется активность ГВП по проверке в/частей МО и МВД в результате которой были возбуждены уголовные дела на командиров многих в/частей.

Кроме обращений военнослужащих по поводу нарушений их прав в Комитет обращаются те, права которых нарушаются уже на стадии призыва, что свидетельствует о насильственном характере формирования вооруженных сил нашей страны. Складывается впечатление, что девиз многих наших военкоматов - "призыв любой ценой", как будто они формируют вражескую нам армию.

Призывные и медицинские комиссии, пользуясь правовой неграмотностью основного контингента призывников и их родителей, откровенно запугивают их уголовной ответственностью за неподчинение решению призывных комиссий или призывом в наручниках, игнорируя право призывника обжаловать решения как призывной, так и медицинской комиссии.

Призыв на военную службу психически нездоровых молодых людей стал просто хобби многих военкоматов Нижегородской области, несмотря на то, что по закону запрос в психиатрические диспансеры о призывном контингенте - обязанность этих самых военкоматов.

Процедура медицинского освидетельствования призывников медицинскими комиссиями военкоматов, напоминает известные сцены из Я. Гашека.

Командование многих воинских частей, в которых служат нижегородцы, имеет большие претензии к медицинским и призывным комиссиям наших РВК. Комитет солдатских матерей считает преступным призывать заведомо больных молодых людей в армию, которые по злому стечению обстоятельств, а может быть и умышленно, отправляются служить в отдаленные от Нижегородской области районы: Северный Кавказ, Сибирь, Дальний Восток, северные районы. Итогом призыва таких молодых людей является долгий процесс медицинского освидетельствования, комиссования и отправки домой за счет средств и так нищих в/частей. Поскольку армия содержится на деньги налогоплательщиков, то встает вопрос: кому выгоден призыв в армию и отправка в дальние гарнизоны заведомо негодных к службе ребят?

Чтобы прекратить поток больных ребят в армию, мы настоятельно рекомендуем родителям, незаконно призванных и комиссованных ребят, подавать в суд на медицинские и призывные комиссии. Командование в/частей готово предъявлять материальные иски на возмещение средств на лечение, обмундирование и отправку больных солдат домой.

Комитет солдатских матерей, по возможности, восполняет отсутствие в свободном обращении текстов законов, регламентирующих призыв, и дает консультации по их применению. В военкоматах, ссылаясь на, якобы, "секретность" некоторых правовых актов и законов, отказывают призывникам и родителям в ознакомлении с ними, нарушая право на информацию.

При явном противоречии многих статей закона "О воинской обязанности и военной службе" от 28.03.98 г. другим законам, военкоматы часто ухитряются обойти и те четкие статьи, которые он предусматривает, а спорные положения толкуют только в сторону ущемления прав граждан (пенсионный возраст, возможность служить вблизи места проживания, ребенок-инвалид детства).

Работа Комитета по защите прав многопланова и разнообразна - от защиты права на информацию до защиты права на жизнь.

Цинично спекулируя чувством долга военнослужащего, власть выразила свое отношение к праву человека на жизнь своеобразно - посыла его на грязную, ничем не оправданную войну в Чечне, где он мог быть убит и должен был убивать сам. Комитет солдатских матерей с самого начала войны требовал немедленного ее прекращении и отстаивал права военнослужащих срочной службы отказаться от участия в ней.

Цель работы Комитета рассекретить ту часть жизни армии, которая должна быть под контролем гражданского общества, и придать ей человеческий облик. И бессмысленно упрекать нас в отсутствии патриотизма. Уж не генералы ли, понастроившие себе дач солдатскими руками, командующие грязными, голодными, замордованными солдатами, которых они так безграмотно отправляли в Чечню на убой, являются теми патриотами?

Мы за профессиональную армию, в которой служат по желанию физически и душевно здоровые, хорошо обученные, социально защищенные молодые люди, которые имеют голову не только для того, чтобы носить фуражку. При такой армии и народ будет чувствовать себя защищенным, а не испытывать страх перед непредсказуемостью выполнения преступного приказа, обжаловать который уже не имеет смысла. Солдат - самое ценное, что есть у армии, он также, как и маршал, является государственным служащим, а не государственным рабом, он призывается служить Родине, а не рабом галерным быть, намертво прикованным к армейскому беспределу.

50 лет Всеобщей декларации прав человека, а в российской армии - рабский труд.

50 лет Всеобщей декларации прав человека, а в российской армии - умирают от голода.

50 лет Всеобщей декларации прав человека, а в российской армии - забивают до смерти.

50 лет Всеобщей декларации прав человека, а в России служба в армии все еще является воинской повинностью.

В настоящее время российская армия поменяла форму одежды на пятнистую, а генералы сшили себе фуражки повыше. Но это все косметика. Агонизируя, сопротивляясь требованию времени, армия старого (тоталитарного) образца разлагается, (а это проявляется и в жестокости нравов казармы, и в незащищенности младшего и среднего офицерского состава, и в циничности, с какой она разворовывается генералитетом, и в коррупции сверху донизу) так что хватит еще работы правозащитным организациям и правоохранительным органам.

Наталья ЖУКОВА,
член Координационного совета
Нижегородского областного Комитета солдатских матерей.